От автора
(Статья «Аркадий Северный – король блатной песни»)

Две грани одной жизни

Тексты песен

Краткий словарь жаргона

Галерея I

Галерея II

Ссылки


Аркадий Северный   

СМЕРТЬ

Когда однажды ночью я умру,
то близкие, надев печаль на лица,
пускай на всякий случай поутру
мне всё же поднесут опохмелиться.
Игорь ГУБЕРМАН

Смерть. Ёмкое и неприятное слово. Тем более когда смерть приходит внезапно, когда её меньше всего ждут. Автомобильная или авиакатастрофа, от пули или ножа бандита, в конце концов, от весенней сосульки, сорвавшейся с крыши и унесшей жизнь любимого нами человека, - такая смерть всегда несправедлива. Такая смерть подстерегает всех врасплох, неожиданно, из-за угла нанося удар своей жертве. Война, длительная болезнь, старость - это ещё понять и принять можно, это неизбежно. И всё равно мы надеемся, что смерть пройдет стороной, минует того, кто нам близок и дорог... Но когда в расцвете сил внезапно от сердечного приступа умирает мужчина - нам это непонятно, больно и обидно. Где же Высшая справедливость?!
Но может быть, мы не правы? Может быть, тот, кого мы считали сильным и здоровым, уже был давно и неизлечимо болен? Смеялся и пел, шутил и ругался, и на наш вопрос: «Как здоровье, старина?» - отвечал: нормально! Ну и слава Богу! - радовались мы и продолжали вместе с ним смеяться и петь.
Иной живёт долго, до глубокой старости, и смерть никак не может прибрать его к своим рукам. И все вокруг даже начинают подшучивать: зажился де старый, и с невесёлой улыбкой намекают, как запозднившемуся гостю, что, мол, пора и честь знать... А другой проживёт жизнь короткую и яркую, как вспышка. Оставит после себя стихи и песни, сыгранные роли, хорошие и дурные поступки, многочисленных детей и вдов, армии друзей и врагов, легенды и слухи - всё то, что вмещает в себя короткое слово Судьба. Такой живёт в другом темпоритме, с другим ощущением времени и пространства, ему не хватает двадцати четырех часов в сутках. Он изматывает свой организм недосыпаниями и недоеданиями и часто компенсирует недостаток калорий алкоголем, приближая тем самым неизбежный роковой финал.
В России для этого во все века были созданы наиблагоприятнейшие условия. Радость или печаль на душе, родился кто или умер - всё сопровождается алкоголем, безграничным пьянством. Россиянину всегда ставилось в заслугу умение много пить. В России пьяного жалеют, ему уступают место в общественном транспорте, его вытащат из лужи и из сугроба, ему простят хамство и грубость. Многочисленные поэты воспели в своих произведениях пьяное русское застолье и её величество Водку. Советские правители ещё со времен Сталина поняли, что одурманенным сивухой обществом управлять легче, и возвели спаивание народа в ранг государственной политики. Вспомните, дешёвая водка продавалась на каждом углу - в буфетах музеев и театров, в столовых и домах культуры, в широкой сети рюмочных и закусочных (старики до сих пор с теплотой вспоминают то время). Пролетарий, спеша на родной завод, пропускал недалеко от проходной пивка - «большую плюс маленькую вдогонку», в обед выпивал двести грамм родимой и уже после работы расслаблялся портвейном. Колхозники - те традиционно гнали самогон, а их власти наказывали и заставляли пить государственную водку. Военные и ученые баловались спиртиком, предназначенным для протирки разных узлов и деталей, а последние протирали ацетоном или вовсе игнорировали. Культурная - пишуще-ваятельно-рисующая - интеллигенция вообще пила все подряд, отдавая предпочтение дешёвым напиткам, а дорогие марочные вина и коньяки глушила только с больших гонораров.
И вот при всей этой доступности спиртного - жесточайшая идеологическая реакция: запрещаются литература, поэзия, музыка, театр, живопись, история, философия. Их подменяют суррогатами партийного творчества - социалистическим реализмом придворных писателей, поэтов и художников. Миллионными тиражами выходят брошюрки впавшего в старческий маразм генсека «Малая земля», «Целина», «Возрождение» - их конспектируют школьники на уроках литературы. Лучшие выставочные залы отдаются «верным помощникам партии», преданно ваяющим и рисующим сталеваров, колхозниц и Вождя в кепке и без неё. В театрах идёт бесконечная «Оптимистическая трагедия», в то время как в Театре на Таганке каждая премьера берётся с бою. По радио и телевидению - революция, война, целина, БАМ... БАМ, целина, война, революция. Брежнев награждает космонавтов, писателей, учёных, рабочих и себя. Самая народная артистка поёт: «Малая земля - великая земля!..» - и гладкий юноша с сияющими от счастья глазами готов выпрыгнуть из штанов - «Птица счастья завтрашнего дня прилетела, крыльями звеня». А Солженицына и Галича уже выдворили из страны, и их бывшие коллеги, задыхаясь в праведном гневе, поливают их грязью. Высоцкого замалчивают - нет у нас такого певца, и всё тут! - а вся страна слушает его песни и в ненависти и бессилии сжимает кулаки и от сознания того, что ничего нельзя изменить, пьёт, пьёт, пьёт...
Какие же события произошли в стране в то десятилетие с 1970 по 1980 год? Дай Бог памяти! Всё как в тумане. Помню, луноходы на Луну запускали, обратную сторону Луны сфотографировали - не впечатлило. Потом атомный ледокол «Арктика» спустили на воду, БАМ строили, КАМАЗ... Комсомольские вожаки всё подбивали молодёжь в Тынду ехать - «Это время гудит - БАМ! Строить завтрашний день нам!». Кого-то даже, помнится, уговорили.
Но ярче всего запомнилось то время, как время Великих свершений и Великих юбилеев. Что ни год, то юбилейная дата, съезд партии или день рождения «дорогого и любимого». Начались праздники с 1970 года - 100 лет Ленину. Потом в 1971 году исторический XXIV съезд КПСС. Потом Ленина поминали весь 1974 год. Но горевали недолго: в 1976-м страна отмечала ратными подвигами и трудовыми свершениями 70-летие «верного ленинца» - Леонида Ильича. И покатилось! В том же, 1976 году очередной и непременно исторический съезд КПСС. К тому времени Брежневу очень понравилось получать ордена и звания - и ему, конечно, дали маршала и утыкали звёздами, как новогоднюю ёлку. А в 77-м мы уже всенародно отмечали 60-летие Октябрьской революции... Фу-у! Хватит. Надоело! От этих дат веет каким-то беспросветным идиотизмом и скукой.
Зато как мы веселились тогда! Правда, веселье наше отдавало вакханалией, а юмор, как правило, был чёрного цвета, но нам было весело. Какие тогда ходили анекдоты! Таких анекдотов сегодня уже никто не сочиняет.
Идёт Брежнев по коридору Кремля, а навстречу ему товарищ Пельше.
-Здравствуйте, товарищ Громыко! - говорит Брежнев.
-Леонид Ильич, я не Громыко, я - Пельше! - поправляет его тот.
-Тогда до свидания...
Всякий, кто рассказывал анекдот про Брежнева, будь то даже ребенок или женщина, старался передать его манеру - шамкал, покашливал, чмокал губами и выражал на своём лице гримасу идиота, как мог.
Появились первые «чернушки» не известного ещё тогда никому Олега Григорьева:

Дети в подвале играли в «гестапо». 

Зверски замучен сантехник Потапов. 

Вся ещё жизнь у него впереди, 

Если бы вытащить лом из груди. 


Смех ли это? Скорее, нервные конвульсии человека и целого общества, доведенного до полного апофигизма жестокой идеологизированной системой, лицемерием властей, поголовной бедностью и пьянством.
Когда спивается и умирает от водки простой бродяга или бездомный алкаш, людей это обстоятельство мало трогает. Допился, голубчик, так тебе и надо! А когда уходит из жизни известная личность - артист или поэт, - этот факт вызывает в наших людях неподдельное, хищное любопытство. Все начинают охотиться за его пластинками, плёнками, книжками, передают изустно небывалые факты его биографии. Все интересуются: отчего умер человек? И когда узнают, что от водки, как-то даже успокаиваются: ну, ясное дело - артист, все они алкаши... И немногих заботят причины этой истинно русской болезни.
Владимир Высоцкий, Олег Даль, Геннадий Шпаликов, Валерий Агафонов, Венедикт Ерофеев, Сергей Довлатов... Как много их в этом страшном списке! Остановилось сердце. Устало, пропустив через себя горечь несправедливого и жестокого времени. Сгорел организм, сожженный алкоголем. Улетела в небо душа, вырвавшись из телесного плена, где ей было так тесно.
Неплохо умереть в бою со знаменем в руках или закрыть грудью вражескую амбразуру. Красиво умереть на сцене в последнем акте! Хорошо также погибнуть за правое дело и спеть на прощание «Интернационал»... Но такая удача выпадает не всем. Смерть подбирает весьма негероические моменты для своего появления.
Ничто не предвещало плохого конца, когда Аркадий Северный решил принять ванну. Наоборот, всё было нормально, очередной вечер сулил развлечения. Аркадий жил тогда у своих знакомых и собирался выйти «в свет» - его пригласили в одну интересную компанию. Приехал приятель - весь в костюме, галстук, веселый, как всегда. Вот хозяйка готовит что-нибудь закусить «на дорожку» - режет колбаску, сырок. Вот хозяин вызывает такси: как всегда - ждите через час. Можно расслабиться, принять ванну...
Рассказывает М.: «Всё было хорошо... Мы приняли немного - по рюмашке. Аркадию захотелось принять ванну. Пожалуйста, принимай! Кто же против? Спрашиваю: тебе налить? А как же! - отвечает. Налили, конечно... Ну, выходи скорей, а то всё выпьем - пошутили. Принесите сюда! - кричит из ванной. Вот, думаем, барин какой! Я ему принёс рюмку. Вот... Водка холодная, даже рюмка запотела. На, говорю, поправься... Он берёт её, выпивает... Тут у него рука падает, рюмка - на пол, вдребезги!..»
Это легенда. Её выдумали друзья, чтобы не рассказывать настоящей правды, которая грубее и некрасивее. Их понять можно. Они руководствовались пословицей: о покойнике или хорошо или ничего. Но мы должны рассказать и эту неприятную правду.
За год до смерти Аркадию Северному вшили ампулу, и он некоторое время не пил. В Москве, где он за ночные концерты заработал небольшую сумму, его обокрали. И похоже, обокрал кто-то из тех, кому он доверял. Это настолько потрясло Аркадия, что он решил покончить жизнь самоубийством - просто напиться, чтобы сработала вшитая ампула. Но ампула, по счастью, не сработала - Аркадий остался жив. Видно, это была советская ампула или над ним просто пошутили врачи. Это обстоятельство усугубило и без того тяжёлое депрессивное состояние, в котором он находился. Аркадий ушёл в запой - длительный и последний. Он почти ничего не ел, исхудал и осунулся.
В последнее время он нашёл приют на квартире обойщиков-шабашников, куда привёл его Роменский. Эта компания зарабатывала тем, что обивала двери квартир дермантином, имела, как правило, много заказов и, соответственно, денег. Водка и вино на столе не переводились. И без того нетрезвая жизнь Аркадия превратилась в бесконечную пьянку. На работу его не брали, а только угощали водкой.
После очередного пьяного застолья Аркадий лёг на продавленную тахту и уснул. Во сне, вероятно, ему стало плохо - он хрипел и кашлял. Собутыльники не обратили на это внимания, утром собрались и ушли на очередную халтуру. А когда вернулись, застали Аркадия в очень плохом состоянии - он лежал, разметавшись на грязном матрасе, хрипло стонал, один глаз вылез из глазницы...
Кинулись звонить в «Скорую помощь». Пока она приехала, пока врачи брезгливо осматривали пьяное бесчувственное тело, пока довезли до больницы, время уже было потеряно. Видимо, и в больнице не спешили приступить к операции, глядя на затрапезный вид поступившего пациента - очередного бомжа и пьяницу.
В ночь с 11 на 12 апреля 1980 года от кровоизлияния в мозг умер Аркадий Дмитриевич Звездин, больше известный как Аркадий Северный - король блатной песни. Диагноз: гипертоническая болезнь с атеросклерозом и тяжёлая форма дистрофии.
12 апреля страна отмечала День советской космонавтики. По телевизору показывали Гагарина, Титова, Терешкову, Королёва, космические спутники и корабли, мастера советской эстрады радовали публику в концертных залах. А на загородной даче девятилетняя Наташа Звездина и её мама вздрогнули от неожиданного и громкого удара - это обшарпанная семиструнная гитара сорвалась с гвоздя, упала на пол и раскололась...